Просто так.
Jan. 24th, 2018 02:39 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
lactoriacornutaАлександр и Лев Шаргородские.
Далеко,дальше не бывает...
-Павлик,-запахнись,у тебя совершенно голая шея.
Была осень и холодный ветер дул с Невы.
Облака,плывшие в небе,смотрели на двух стариков,на их старые чемоданы
и не останавливались,чтобы не пролиться дождем...
Она подняла ему воротник пальто.
-Не печалься! Там такие же тучи.И то же небо.
-Я не печалюсь,-улыбнулся он.-с чего ты взяла?
Подрулило такси.
Шофер был чумазый,в кожанке.
-Соловейчики,-гаркнул он,-в аэропорт?
-Так точно,товарищ начальник,-ответил Павлик и потащил чемодан.
-Оставьте,папаша,-шофер выскочил,-грузите себя и супругу...
Шофер забросал чемоданы и они покатили.
-Далеко летим?-спрсил он.
-Далеко,-ответила Кира,-дальше не бывает.
-Понятно,-протянул шофер.
-Вы уже возили таких?
-И сколько!-вздохнул он.
В машине стало тихо.Павлик и Кира молча смотрели на Ленинград,
бежавший за окном.Он только просыпался.Он лениво потягивался...
Дребезжал первый трамвай,шуршала поливочная машина,рыбаки в лодке
сонно ловили корюшку,а с сфинксы у воды,как всегда ,молчали.Даже сейчас...
В последний раз смотрели Соловейчики на все это,потому что они
знали,что уезжают навсегда.
И все вокруг знало...
-Пока!-кивали им липы с набережной.
И решетка Летнего сада с достоинством попрощалась.
И конь Петра кивнул.
И даже сам Петр.
Он был их добрый знакомый-Петр Великий-он видел,как Павлик уходил на
войну,как Кира несла мальчика из роддома,как под бомбежкой она таскала
воду из проруби и как Павлика в
"воронке" повезли в "Кресты".
Почему же ему было им не кивнуть?
Даже чугунные русалки на Литейно мосту махнули хвостом.
-Прощайте,-говорили все.Но Павлик и Кира не могли им ответить.Трудно
говорить,когда в горле комок...Даз и не надо.
... В огромном зале аэропорта их ждали родные.Их было много.
У евреев,к счастью,много родных,и все они волновались.Как никак
это главное занятие евреев-всегда,всюду и за всех,даже в той холодной
стране,где уже давно в общем-то волноваться незачем...
-Прощанье было длинным,как изгнание...
-Ну,в добрый час!...И чтоб мы свиделись...И запахни ворот...
-Спасибо,спасибо...
-И чтоб мы были здоровы!
-И чтоб вам было весело на новой земле...И закрой шею.
-Да,да,спасибо...
-И...И..И чтоб...,-она вдруг заплакала,сестра Киры.которую звали Рашель.
-Не плачь,дорогая,-успокаивала ее Кира.
-Разве я плачу? Ты когда-нибудь видела плачущую Рашель?-говорила
Рашель и слезы лились их ее добрых глаз.
И все обнимали Киру и Павлика.и те,кто не плакал,те просто сдерживали слезы.
Потому что это было прощанием навсегда.
И никто из них не увидит больше другого.
Потому что если "уеахать-это немножко умереть",то уехать из той
холодной страны-это умереть навсегда.
И каждый знал это.И каждый говорил:
-Ну,даст Бог,свидимся.
И все совали Кире и Павлику-кто "лэках",кто фаршированную рыбу,кто
язык.И они брали все это,и проклятые слезы душили их.
Теперь оставалась только таможня...
Это была самая лучшая в мире таможня.Как и все в той холодной стране.
Не каждому выпадает такая удача.
Таможня была огромной и страшной,как чистилище,на за ней,за
епроницаемыми ее дверьми,за непробиваемыми ее лбами,начиналась свобода.
И так хотелось глотнуть ее...
Павлика с Кирой разделили,и каждого допрашивали отдельно,лично,
как государственного преступника.
Наверное,это преступление-захотеть свободы...
Первой взяли Киру.Павлик обнял ее,потом махнул ей рукой.
-Плюй ты на них,-улыбнулся он.
И его улыбка,как всегда,успокоила ее.
-Запахни шею,-только и сказала она,хотя в помещении было совсем тепло...
Таможеницца была красива,стройна и молода.
-"Зачем она этим занимаетс"?-подумала Кира.
-Значит,улепетываем?-спросила таможенница.
-Улетаем,-поправила Кира.
-И не стыдно?
-Мне?-Кира искренне удивилась.-Я думаю,вам стыдно.Ежедневно рыться
в чужих чемоданах,копошиться в белье,шарить по карманам!На свете
столько интересного.Вы могли бы быть актрисой.
Таможенница покраснела и стала еще красивей.
-Вы должны заниматься любовью,-продолжала Кира,-а вы занимаетесь
ненавистью...Вам бы не хотелось сменить специальность?
-Нет,-бросила та и как-то тупо продолжила,-значит,уезжам?А я еще смеялась
на пьесах вашего сына.
-Я вам верну деньги за билеты,-успокоила ее Кира,-только в долларах!
Хотите? Рублей у меня больше нету. А? Вы ведь любите валюту.Таможенница
не отвечала и продолжала рыться в вещах.
-Чем он там занимается,ваш сын? Чернит нашу действительность?
-Нет,он пишет ей оды!-успокоила Кира.
Тамознница промолчала.Она молчала и что-то упорно искала.И нашла.У
Киры была обнаружена маленькая палехская шкатулка с дарственной
надписью "Любимой учительнице от любимых учеников".
Это была правда-любовь была взаимной.
Обнаружив шкатулку,таможенница ликовала,будто влюбилась или открыла
пенициллин,и,вся сияя,повела Киру к начальнику таможни.
Начальник был сух,высок и напоминал тростник,но отнюдь не мыслящий.
-Та-ак,так,-он крутил в руках шкатулку,-а вы знаете мадам,что они
строжайше запрещены к вывозу?
-Что вы говорите?- удивилась Кира.-А чего вдруг?
Начальник презрительно посмотрел на нее.
-Как государственная ценность,мадам,процедил он,-как народное достояние.
-Позвольте,-возразила Кира,-ученики преподнесли шкатулку мне,а не
любимому государству.Это достояние мое,а не народное.Народу они дарили другое.
Начальник оставил эти слова без внимания.Он лоснился от удовольствия.
Так,так,-повторял он,крутя в всвоих пухлых ладошках шкатулку,-
такую замецательную штучку,значит,хотели утащить за рувеж,врагам,значит,
народное достояние,сионистам,
понимаете ли,русский шедевр.А вы знаете ли,гражданка,что за это
вы можете попасть совсемне в Израиль,а...
Он посмотрел на Киру,как феодал на вассала.
Кира улыбалась,широко и спокойно.
-Чего это вы лыбитесь?-удивился он.
Она не отвечала.Ее начало колотить от смеха.
Начальнику стало не по себе.Розовые пальчики его вспотели и розовый лобик вспотел.
-Что все это значти?- поинтересовался он.
-Два,Сидоров!-вдруг твердо сказала Кира.- И встань-ка в угол!
В грозном начальнике страшной таможни она признала своего давнишнего
ученика,вечного двоечника Саню Сидорова,с которым она так
мучилась лет двадцать назад.
-Саню в классе иначе ,как "Салезы-сопли" не называли.У него текло
отовсюду.Он ябедницал.Он доносил.И в слове из пяти букв делал девять ошибок.
Он не мог решить ни одного примера ,ни одной задачи,не мог возвести
куб,путал треугольник с квадратом,но директриса требовала от Киры,чтоб
та ставила ему за все это-четыре!
Потому что папа "Слезы-споли" был какой-то шишкой!
Кира уже не помнила,какой...
Нет,кажется,он заведовал гаражом,где стояли "воронки". Да,да,конечно.
Потому что директриса говорила,что Кира своими двойками расстраивает
начальника гаража,что могут выйти
из строя все машины и не начем будет ездть арестовывавть врагов народа...
-А Кира отвечала: - Ничего,придут пешком!
И ставила Сане двойки и единицы,а однажды даже ноль,хотя
такой оценки не существовало.
И все равно за Павликом приехал "воронок"...
Давно это было...
И вот сейчас "Слезы-сопли" сидел перед ней.
-Стань,Саныта, в угол!-властно повторила Кира.
-Саня?- начальник обалдел.-Меня зовут Александр Степанович!
И тут он осекся и вспомнил свою учительницу.
Если он кого и боялся ,то ее. С тех пор!
-Ты все еще плохой ученик,-сказала Кира,-я так и знала,
что ничего из тебя не получится!
-Как же,-хотел возразить начальник,я же...
-Не спорь,когда говорит учитель,-отрезала Кира,взяла шкатулку
и вышла вон.
И никто ее пальцем не тронул.
Она шла гордо,учительница той холодной страны,и ей было горько,
что она воспитала начальника таможни...
Окончание следует..
Далеко,дальше не бывает... Окончание.
Павлика обыскивали невдалеке.Он сидел прямо,нагруженный свертками,
готовый к допросу-ему было не привыкать.
-Что в пакетах?- спросил таможенник.Он косил,изо рта его
попахивало-он занимался своим делом.
-Кто его знает?- улыбнулся Павли.-Надавали.
-Что значит надавали?,- таможенник был недоволен,-кто?
-- Как кто? У нас ,слава Богу,куча родственников.Вот это,-он
приподнял пакет,-Рашель,это-Сема,а вот это- Тетя Песя,нет,подождите,
это от Раечки,хотя,секундочку! Раечки не
было,это от Шапиро...
- Так что они вам дали,ваши Шапиро,-по тону можно было подумать,
что таможенник Шапиро не любил.
- Я знаю?- ответил Павлик,- Спросите их!
Таможенник побагровел.
-А если бы они с вами передали бомбу?- философски спросил он.-
-Или наркотики?
-Вы с ума сошли,-воскликнул Павлик,-Рашель мне даст наркотики?!
Я был ей,как брат! ВЫ думаете,что говорите? И потом- бомба!
Откуда Шапиро возьмет бомбу,когда он рабоатет на мясокомбинате.
Там что-делают бомбы,я вас спрашиваю?!
Ноздри таможенника раздулись.
- Не ваше дело!-рявкнул он.
-Хотя,может быть,вы и правы,-продолжал Павлик,-мясокомбинат
есть,а мяса-нет! Возможно,он изготовляет именно бомбы.Должен
же он что-то выпускать.
-Вы хотите уехать в Израиль?-спросил таможенник.
-Да,- ответил Павлик.
-Тогда закройте рот!- и он осторожно стал разворачивать следующий пакет.
-Это лэках!-обьяснил Павлик.
-Что?
-Лэках...пирожное.
-Пирожное или лэках?! -таможенник любил точность.
-Как угодно,-ответил Павлик,- по-еврейски- лэках,по-русски- пирожное...
Вы берете кило муки,мед,яйца...Ворочем,спросите лучше у моей жены...
Она где-то здесь.
-Молчать!-процедил таможенник.
-Почему?- удивился Павлик.- Это наше национальное блюдо.Моно не
любит; евреев и обожать лэках.Это прелесть! В молодости я мог
сьесть десять лэкахов и даже двенадцать...А с
этим осторожно ,- он остановил таможенника,-здесь фаршированная
рыба. Из щуки!
Рашель стояла за ней пять часов.Вы пробовали когда-нибудь
фаршированную рыбу нашей Рашель?
Таможенник,видимо,не пробовал.Он засопел и захрапел.
-Я вижу,что не пробовали,- подмигнул Павлик,-возьмите кусочек!
Вы не сможете оторваться. Только с хреном,обязательно с хреном,
с домашним,- Павлик потянул
воздух,-о! он ,кажется, здесь.
И он потянулся к свертку.
Ни с места!- приказал таможенник и сам развернул пакет - там был хрен...
- НУ что я говорил,- улыбнулся Павлик ,- а теперь отведайте...
Таможенник зло сморел на него.Видимo,он не любил фаршированной рыбы.
- Выверните карманы! - сквозь зубы сказал он.
Павлик вывернул.На пол упали бутерброды,
Таможенник подозрительно смотрел на Павлика.
- В чем дело?- не понял Павлик. - Они с сыром.Вообще-то я люблю
с колбасой, с краковской,но я ее не достал.Вы же сами сказали,что
мясокомбинат выпускает бомбы...
-Я?- взревел таможенник,- когда?
-Когда мы говорили о Шапиро.И потом,если хотите знать,я и сыр
достал по блату.Как инвалид войны! Пo вашему,моложный комбинат
изготовляет что-то взрывоопасное?
- Если бы не ваш возраст...- прошипел таможенник.
-О,если б не мой возраст...- печально вздохнул Павлик.
-Вы взгляните,во что вы забернули вашу снедь!
-Во что?- удивился Павлик и ахнул- бутерброды были завернуты в
портрет Ленина,выступающего на первом Сьезде Советов.
После этого его отвели на личный досмотр.
Его обыскивали долго,рьяно,с пристрастием,рылись в седых волосах,
просвечивали легкие,смотрели в рот,в горло,в трахеи...
Говорят,в трахеях можено многое спрятать...
Даже напоследок обидели его.
Они не умели попрощаться и не умели сказать "Не поминайлихом!"
Возможно,поэтому их так часто и поминают...
...Павлик и Кира шли по летному полю.Белый самолет стоял далеко.
Постукивала палка Павлика.Кружились листья.Ветер раздувал белые волосы.
-Павлик,- сказала Кира,- у тебя совершенно голая шея.
И закутала его шарфом...
Далеко,дальше не бывает...
-Павлик,-запахнись,у тебя совершенно голая шея.
Была осень и холодный ветер дул с Невы.
Облака,плывшие в небе,смотрели на двух стариков,на их старые чемоданы
и не останавливались,чтобы не пролиться дождем...
Она подняла ему воротник пальто.
-Не печалься! Там такие же тучи.И то же небо.
-Я не печалюсь,-улыбнулся он.-с чего ты взяла?
Подрулило такси.
Шофер был чумазый,в кожанке.
-Соловейчики,-гаркнул он,-в аэропорт?
-Так точно,товарищ начальник,-ответил Павлик и потащил чемодан.
-Оставьте,папаша,-шофер выскочил,-грузите себя и супругу...
Шофер забросал чемоданы и они покатили.
-Далеко летим?-спрсил он.
-Далеко,-ответила Кира,-дальше не бывает.
-Понятно,-протянул шофер.
-Вы уже возили таких?
-И сколько!-вздохнул он.
В машине стало тихо.Павлик и Кира молча смотрели на Ленинград,
бежавший за окном.Он только просыпался.Он лениво потягивался...
Дребезжал первый трамвай,шуршала поливочная машина,рыбаки в лодке
сонно ловили корюшку,а с сфинксы у воды,как всегда ,молчали.Даже сейчас...
В последний раз смотрели Соловейчики на все это,потому что они
знали,что уезжают навсегда.
И все вокруг знало...
-Пока!-кивали им липы с набережной.
И решетка Летнего сада с достоинством попрощалась.
И конь Петра кивнул.
И даже сам Петр.
Он был их добрый знакомый-Петр Великий-он видел,как Павлик уходил на
войну,как Кира несла мальчика из роддома,как под бомбежкой она таскала
воду из проруби и как Павлика в
"воронке" повезли в "Кресты".
Почему же ему было им не кивнуть?
Даже чугунные русалки на Литейно мосту махнули хвостом.
-Прощайте,-говорили все.Но Павлик и Кира не могли им ответить.Трудно
говорить,когда в горле комок...Даз и не надо.
... В огромном зале аэропорта их ждали родные.Их было много.
У евреев,к счастью,много родных,и все они волновались.Как никак
это главное занятие евреев-всегда,всюду и за всех,даже в той холодной
стране,где уже давно в общем-то волноваться незачем...
-Прощанье было длинным,как изгнание...
-Ну,в добрый час!...И чтоб мы свиделись...И запахни ворот...
-Спасибо,спасибо...
-И чтоб мы были здоровы!
-И чтоб вам было весело на новой земле...И закрой шею.
-Да,да,спасибо...
-И...И..И чтоб...,-она вдруг заплакала,сестра Киры.которую звали Рашель.
-Не плачь,дорогая,-успокаивала ее Кира.
-Разве я плачу? Ты когда-нибудь видела плачущую Рашель?-говорила
Рашель и слезы лились их ее добрых глаз.
И все обнимали Киру и Павлика.и те,кто не плакал,те просто сдерживали слезы.
Потому что это было прощанием навсегда.
И никто из них не увидит больше другого.
Потому что если "уеахать-это немножко умереть",то уехать из той
холодной страны-это умереть навсегда.
И каждый знал это.И каждый говорил:
-Ну,даст Бог,свидимся.
И все совали Кире и Павлику-кто "лэках",кто фаршированную рыбу,кто
язык.И они брали все это,и проклятые слезы душили их.
Теперь оставалась только таможня...
Это была самая лучшая в мире таможня.Как и все в той холодной стране.
Не каждому выпадает такая удача.
Таможня была огромной и страшной,как чистилище,на за ней,за
епроницаемыми ее дверьми,за непробиваемыми ее лбами,начиналась свобода.
И так хотелось глотнуть ее...
Павлика с Кирой разделили,и каждого допрашивали отдельно,лично,
как государственного преступника.
Наверное,это преступление-захотеть свободы...
Первой взяли Киру.Павлик обнял ее,потом махнул ей рукой.
-Плюй ты на них,-улыбнулся он.
И его улыбка,как всегда,успокоила ее.
-Запахни шею,-только и сказала она,хотя в помещении было совсем тепло...
Таможеницца была красива,стройна и молода.
-"Зачем она этим занимаетс"?-подумала Кира.
-Значит,улепетываем?-спросила таможенница.
-Улетаем,-поправила Кира.
-И не стыдно?
-Мне?-Кира искренне удивилась.-Я думаю,вам стыдно.Ежедневно рыться
в чужих чемоданах,копошиться в белье,шарить по карманам!На свете
столько интересного.Вы могли бы быть актрисой.
Таможенница покраснела и стала еще красивей.
-Вы должны заниматься любовью,-продолжала Кира,-а вы занимаетесь
ненавистью...Вам бы не хотелось сменить специальность?
-Нет,-бросила та и как-то тупо продолжила,-значит,уезжам?А я еще смеялась
на пьесах вашего сына.
-Я вам верну деньги за билеты,-успокоила ее Кира,-только в долларах!
Хотите? Рублей у меня больше нету. А? Вы ведь любите валюту.Таможенница
не отвечала и продолжала рыться в вещах.
-Чем он там занимается,ваш сын? Чернит нашу действительность?
-Нет,он пишет ей оды!-успокоила Кира.
Тамознница промолчала.Она молчала и что-то упорно искала.И нашла.У
Киры была обнаружена маленькая палехская шкатулка с дарственной
надписью "Любимой учительнице от любимых учеников".
Это была правда-любовь была взаимной.
Обнаружив шкатулку,таможенница ликовала,будто влюбилась или открыла
пенициллин,и,вся сияя,повела Киру к начальнику таможни.
Начальник был сух,высок и напоминал тростник,но отнюдь не мыслящий.
-Та-ак,так,-он крутил в руках шкатулку,-а вы знаете мадам,что они
строжайше запрещены к вывозу?
-Что вы говорите?- удивилась Кира.-А чего вдруг?
Начальник презрительно посмотрел на нее.
-Как государственная ценность,мадам,процедил он,-как народное достояние.
-Позвольте,-возразила Кира,-ученики преподнесли шкатулку мне,а не
любимому государству.Это достояние мое,а не народное.Народу они дарили другое.
Начальник оставил эти слова без внимания.Он лоснился от удовольствия.
Так,так,-повторял он,крутя в всвоих пухлых ладошках шкатулку,-
такую замецательную штучку,значит,хотели утащить за рувеж,врагам,значит,
народное достояние,сионистам,
понимаете ли,русский шедевр.А вы знаете ли,гражданка,что за это
вы можете попасть совсемне в Израиль,а...
Он посмотрел на Киру,как феодал на вассала.
Кира улыбалась,широко и спокойно.
-Чего это вы лыбитесь?-удивился он.
Она не отвечала.Ее начало колотить от смеха.
Начальнику стало не по себе.Розовые пальчики его вспотели и розовый лобик вспотел.
-Что все это значти?- поинтересовался он.
-Два,Сидоров!-вдруг твердо сказала Кира.- И встань-ка в угол!
В грозном начальнике страшной таможни она признала своего давнишнего
ученика,вечного двоечника Саню Сидорова,с которым она так
мучилась лет двадцать назад.
-Саню в классе иначе ,как "Салезы-сопли" не называли.У него текло
отовсюду.Он ябедницал.Он доносил.И в слове из пяти букв делал девять ошибок.
Он не мог решить ни одного примера ,ни одной задачи,не мог возвести
куб,путал треугольник с квадратом,но директриса требовала от Киры,чтоб
та ставила ему за все это-четыре!
Потому что папа "Слезы-споли" был какой-то шишкой!
Кира уже не помнила,какой...
Нет,кажется,он заведовал гаражом,где стояли "воронки". Да,да,конечно.
Потому что директриса говорила,что Кира своими двойками расстраивает
начальника гаража,что могут выйти
из строя все машины и не начем будет ездть арестовывавть врагов народа...
-А Кира отвечала: - Ничего,придут пешком!
И ставила Сане двойки и единицы,а однажды даже ноль,хотя
такой оценки не существовало.
И все равно за Павликом приехал "воронок"...
Давно это было...
И вот сейчас "Слезы-сопли" сидел перед ней.
-Стань,Саныта, в угол!-властно повторила Кира.
-Саня?- начальник обалдел.-Меня зовут Александр Степанович!
И тут он осекся и вспомнил свою учительницу.
Если он кого и боялся ,то ее. С тех пор!
-Ты все еще плохой ученик,-сказала Кира,-я так и знала,
что ничего из тебя не получится!
-Как же,-хотел возразить начальник,я же...
-Не спорь,когда говорит учитель,-отрезала Кира,взяла шкатулку
и вышла вон.
И никто ее пальцем не тронул.
Она шла гордо,учительница той холодной страны,и ей было горько,
что она воспитала начальника таможни...
Окончание следует..
Далеко,дальше не бывает... Окончание.
Павлика обыскивали невдалеке.Он сидел прямо,нагруженный свертками,
готовый к допросу-ему было не привыкать.
-Что в пакетах?- спросил таможенник.Он косил,изо рта его
попахивало-он занимался своим делом.
-Кто его знает?- улыбнулся Павли.-Надавали.
-Что значит надавали?,- таможенник был недоволен,-кто?
-- Как кто? У нас ,слава Богу,куча родственников.Вот это,-он
приподнял пакет,-Рашель,это-Сема,а вот это- Тетя Песя,нет,подождите,
это от Раечки,хотя,секундочку! Раечки не
было,это от Шапиро...
- Так что они вам дали,ваши Шапиро,-по тону можно было подумать,
что таможенник Шапиро не любил.
- Я знаю?- ответил Павлик,- Спросите их!
Таможенник побагровел.
-А если бы они с вами передали бомбу?- философски спросил он.-
-Или наркотики?
-Вы с ума сошли,-воскликнул Павлик,-Рашель мне даст наркотики?!
Я был ей,как брат! ВЫ думаете,что говорите? И потом- бомба!
Откуда Шапиро возьмет бомбу,когда он рабоатет на мясокомбинате.
Там что-делают бомбы,я вас спрашиваю?!
Ноздри таможенника раздулись.
- Не ваше дело!-рявкнул он.
-Хотя,может быть,вы и правы,-продолжал Павлик,-мясокомбинат
есть,а мяса-нет! Возможно,он изготовляет именно бомбы.Должен
же он что-то выпускать.
-Вы хотите уехать в Израиль?-спросил таможенник.
-Да,- ответил Павлик.
-Тогда закройте рот!- и он осторожно стал разворачивать следующий пакет.
-Это лэках!-обьяснил Павлик.
-Что?
-Лэках...пирожное.
-Пирожное или лэках?! -таможенник любил точность.
-Как угодно,-ответил Павлик,- по-еврейски- лэках,по-русски- пирожное...
Вы берете кило муки,мед,яйца...Ворочем,спросите лучше у моей жены...
Она где-то здесь.
-Молчать!-процедил таможенник.
-Почему?- удивился Павлик.- Это наше национальное блюдо.Моно не
любит; евреев и обожать лэках.Это прелесть! В молодости я мог
сьесть десять лэкахов и даже двенадцать...А с
этим осторожно ,- он остановил таможенника,-здесь фаршированная
рыба. Из щуки!
Рашель стояла за ней пять часов.Вы пробовали когда-нибудь
фаршированную рыбу нашей Рашель?
Таможенник,видимо,не пробовал.Он засопел и захрапел.
-Я вижу,что не пробовали,- подмигнул Павлик,-возьмите кусочек!
Вы не сможете оторваться. Только с хреном,обязательно с хреном,
с домашним,- Павлик потянул
воздух,-о! он ,кажется, здесь.
И он потянулся к свертку.
Ни с места!- приказал таможенник и сам развернул пакет - там был хрен...
- НУ что я говорил,- улыбнулся Павлик ,- а теперь отведайте...
Таможенник зло сморел на него.Видимo,он не любил фаршированной рыбы.
- Выверните карманы! - сквозь зубы сказал он.
Павлик вывернул.На пол упали бутерброды,
Таможенник подозрительно смотрел на Павлика.
- В чем дело?- не понял Павлик. - Они с сыром.Вообще-то я люблю
с колбасой, с краковской,но я ее не достал.Вы же сами сказали,что
мясокомбинат выпускает бомбы...
-Я?- взревел таможенник,- когда?
-Когда мы говорили о Шапиро.И потом,если хотите знать,я и сыр
достал по блату.Как инвалид войны! Пo вашему,моложный комбинат
изготовляет что-то взрывоопасное?
- Если бы не ваш возраст...- прошипел таможенник.
-О,если б не мой возраст...- печально вздохнул Павлик.
-Вы взгляните,во что вы забернули вашу снедь!
-Во что?- удивился Павлик и ахнул- бутерброды были завернуты в
портрет Ленина,выступающего на первом Сьезде Советов.
После этого его отвели на личный досмотр.
Его обыскивали долго,рьяно,с пристрастием,рылись в седых волосах,
просвечивали легкие,смотрели в рот,в горло,в трахеи...
Говорят,в трахеях можено многое спрятать...
Даже напоследок обидели его.
Они не умели попрощаться и не умели сказать "Не поминайлихом!"
Возможно,поэтому их так часто и поминают...
...Павлик и Кира шли по летному полю.Белый самолет стоял далеко.
Постукивала палка Павлика.Кружились листья.Ветер раздувал белые волосы.
-Павлик,- сказала Кира,- у тебя совершенно голая шея.
И закутала его шарфом...
